Евгения Юнисова, генеральный директор НП «Управдом», исполнительный директор «Ассоциации ТСЖ и ЖСК» рассказала в эфире Радио России о проблемах капитального ремонта.

Радио России: Обещанного три года ждут, можно жать и гораздо дольше: и десять лет, и тридцать, и пятьдесят, но так ничего и не дождаться.

Евгения Юнисова: Естественно, что меры государственной поддержки будут предполагаться, предусматриваться, поскольку очень большое количество домов на протяжении последних тридцати, сорока, пятидесяти лет не ремонтировались. Программы будут формироваться, но  все больше и больше софинансирования будет требоваться от самих собственников.

Радио России: Евгения Юнисова председатель некоммерческого партнерства  «Упрадом» не скрывает  то, о чем городские власти говорят еще между делом, скороговоркой, а именно: «Программа массового капитального ремонта в Москве свернута. Помните три-четыре года назад  везде висели перетяжки «в Москве будет отремонтировано 14 тысяч домов», все, что были построены 30 лет назад  и больше. Теперь от этого решено отказаться».

Евгения Юнисова: Сейчас предлагается минимальное  софинансирование в размере 5%, а дальше, возможно, что будет введена обязательная плата - накопления на капитальный ремонт. И сейчас Министерство Регионального развития готовит такой законопроект. Другой вопрос, каким образом  эти средства должны накапливаться, где они должны  храниться, как они должны быть  гарантированы  от инфляции, от утраты.

Радио России: Обидно, конечно, платить за то, что только что было бесплатным. Но все в соответствии с законом, а именно с Федеральным законом №185  о том, что финансировать капитальный ремонт можно  только  из специального фонда содействия реформирования ЖКХ. Раньше в Москве это делалось за счет городского бюджета. Второе условие – жители должны выступить соинвесторами ремонта. О каких же суммах идет речь?

Евгения Юнисова: Экспертная оценка сводится к тому, что для того, чтобы провести капитальный ремонт, в среднем многоквартирном доме, нужно от двух до 6000 рублей на квадратный метр. Если у вас квартира 50 метров, то 5% от 100 000, это 5 000 рублей.

Радио России: Или 15 тысяч рублей с той же квартиры, если считать по максимуму. Казалось бы, не так много. Почему же мы против?

Евгения Юнисова: Пугает не то, что нужно эти 5 тысяч потратить или собрать в течение 5 лет. Пугает то, кто вот за это все будет отвечать, получим ли мы желаемый результат, будет ли реально произведен капитальный ремонт или опять нам запудрят, залатают  чего-то. И скажут, чтобы через год готовили очередные 5 тысяч. Поэтому сложность заключается  тут как раз в том, на мой взгляд,  что мы по-прежнему не знаем,  на что эти средства расходуются. Мы не участвуем в контроле расходования этих средств, приемке работ. Мы не понимаем, насколько качественна работа, какие материалы использовались, есть ли там современные  технологии и ресурсосберегающие элементы. Или мы просто  имеем все старое и ветхое,  только чуть-чуть подлатанное.

Радио России: Есть ли шанс переломить ситуацию, узнать, на что идут деньги, и как проконтролировать этот процесс?

Евгения Юнисова: На самом деле, какой бы способ управления не был выбран, важно, чтобы собственники проводили ежегодное собрание, потому что высшим органом управления  в многоквартирном доме является общее собрание.  Люди должны учиться ходить  на собрания, принимать в этом участие. Если мы не будем этого делать, у нас нет тогда возможности принимать решения. Мы не может тогда сделать так, чтобы управление нашим домом было в наших интересах; это будет тогда в чьих-то  интересах: управляющих  компаний, в интересах чиновников, но не в наших интересах. Получается, что нам все равно.

Радио России: Принять решение-это хорошо. Но как добиться его выполнения?

Евгения Юнисова: Мы с вами заказчики, но мы не можем эти функции выполнять все время,  непрерывно. Сегодня Жилищный кодекс нас подвигает к тому, что если мы не составили товарищество, если у нас в доме не был создан жилищный (жилищно-строительный) кооператив, то таким органом является совет дома. Как бы это архаично не звучало, нам говорят, что мы эти пережитки прошлого прошли, и у нас были домкомы и прочее, но, на самом деле, без этого невозможно.