Государство должно уйти с рынка управления и развития жилфонда. Такой вывод был сделан на конференции по вопросам городского управления «Петербургу – европейское будущее», организованной Шведским интернациональным либеральным центром (SILC) и Санкт-Петербургским региональным отделением партии «Яблоко».

Взгляд на современную систему городского хозяйства и управления жилыми объектами оказался совершенно иным, нежели тот, к которому мы привыкли. Организаторы попытались проанализировать, оценить и сравнить ситуацию городского управления в соседних странах — Финляндии, Швеции, Латвии с ситуацией в  Санкт-Петербурге и понять, в чем причина застоя в сфере жилищно-коммунального хозяйства, пассивности населения и деградации государственного управления в России в целом. Оценки оказались весьма любопытными, особенно в разрезе непосредственной связи происходящих процессов в отрасли ЖКХ с государственными процессами. 

Счастье – двигатель государства

Как всегда, все оказалось очень просто: в соседних государствах на первом месте стоит счастье человека. То есть обеспечение его комфортного и целостного существования как эстетически одаренной личности.  Здесь считается важным предоставить гражданину пространство, обеспечить ему удобство, здоровую среду. В связи с этим мнение населения учитывается в первую очередь, собственникам жилья передаются в собственность дворы, для них создается вся необходимая инфраструктура, а также благоприятная экологическая обстановка с большим количеством зеленых насаждений.

В Санкт-Петербурге на первом месте стоит не человек, а государство в лице чиновников. То есть у нас интересы личности стоят после финансовых и иных интересов государственных служащих.

У нас налицо дискомфорт, неуважение и игнорирование счастья человека в виде уплотнительной застройки, не передачи земельных участков и дворов собственникам жилья, сохранения государственного управления жилыми объектами, распоряжения средствами, выделяемыми из бюджета для жилых домов. Всё это порождает систему «откатов» и коррупции.

Пассивность собственников жилья в Санкт-Петербурге происходит из-за неверия в возможность лучшей жизни, потому что слова власть имущих расходятся с делами. Миллиарды потрачены на капитальный ремонт, а кровли протекают еще больше.  Частные компании, призванные работать в конкурентной среде и улучшать качество услуг, душат проверками государственные контролирующие органы. Частников просто-напросто  вытесняют с рынка. Пропаганда создания ТСЖ обратилась в обратный процесс: стремительной ликвидации данного института. Председатели ТСЖ, ЖСК и частные управляющие компании бьются против армии государственных служащих, давящих их своей административной машиной.

Все заявления о комфортной жизни – блеф. В Петербурге ее нет, в частности нет развитой социальной инфраструктуры, мест отдыха, спортивных площадок, велосипедных дорожек, нет жизненного пространства возле домов. Уничтожаются зеленые скверы. Дворы отнимаются и застраиваются с легкой руки чиновников небоскребами. Население не слепое. Оно видит, что с ним никто не считается, что человек в Петербурге – это жалкая козявка, которая только мешает нашим чиновникам получать деньги. Население ни во что не верит, а это неверие ведет к еще более страшным и разрушительным последствиям, когда человек опускается на самое дно социального существования: перестает платить за услуги ЖКХ, не бережет своё жилье, он всех ненавидит, потому что ненавидят и не уважают его.

Население решает за чиновников

Для того чтобы нас не сочли голословными, приведем доклады специалистов из Швеции и Финляндии о том, как обстоят дела с городским управлением у них. 
Александра Олен, шведская организация SILK: 
— Местная политика в Стокгольме строится на создании как можно большего количества парков, зеленых зон. В 60-е годы в Стокгольме была попытка модернизировать город, в результате чего была загублена часть исторической застройки. Но мы учимся на своих ошибках и более их не совершаем, стараясь сегодня сохранять старые кварталы, которые у нас остались. Мы пытаемся застраивать жилыми домами окраины Стокгольма и не трогать уже действующие жилые кварталы. В новых кварталах строятся современные, энергосберегающие дома, организованы площадки и условия для раздельного сбора мусора, рядом со строящимися домами создаются новые парки и скверы, развитый общественный транспорт  для нас также  приоритет. Все для удобства человека. У нас огромное внимание уделяется здоровью людей, поэтому мы везде делаем велосипедные дорожки и более 150 тысяч человек добирается на работу на велосипедах. У нас особые требования к планированию территорий, обеспечению пространства, красивой архитектуры, мы обязательно учитываем эстетическое восприятие при создании новых кварталов. У нас люди чувствуют заботу и свою ответственность как собственники жилья и как обычные граждане и горожане. 

Антеро Алку, директор инжинирингового агентства по развитию городского общественного транспорта, член комитета по городскому планированию:
— Я считаю, что Хельсинки – это маленькая копия исторического Санкт-Петербурга в архитектурном смысле. 
У нас отличаются устройство и управление городом. В Хельсинки во главе стоят не чиновники, а совет, в который входят граждане города в составе 85 человек, и уже с этим советом работают профессиональные политики и специалисты в разных сферах. Я однозначно могу сказать, что все градостроительные решения в городе принимаются гражданами, а чиновники их только утверждают и подписывают.

Основное правило: в Хельсинки без разрешения ничего невозможно построить. Разрешительная система складывается из нескольких этапов, на всё уходит 10–20 лет. По истечении этого срока может быть выдано разрешение на строительство. То есть нельзя мгновенно принять решение: здесь будет дом. Это длительное, детальное обсуждение, оценка, исследование, разработка, анализ. В Хельсинки все детализированные строительные планы должны вписываться в генеральный план застройки.

К примеру, существует умершее промышленное предприятие, на месте которого планируется построить жилые дома, первым делом встает вопрос, как на это посмотрят граждане. 

У нас граждане имеют свой голос, который учитывается при развитии и застройке территорий. У нас идеальная система, потому что она длительная и есть время, чтобы учесть все нюансы. Во главе всего мы ставим вопрос: будут ли счастливы люди. Если использование территорий идет вразрез с этой аксиомой счастья, будет ущемлять интересы горожан, принесет вред их имуществу или качеству жизни, то такой проект никогда не будет реализован.

Второе правило: при градостроительном планировании учитываются интересы не только каждого конкретного человека, но и  интересы собственников. Права собственности уважаются и охраняются. При застройке также учитываются права и интересы будущих собственников. Таким образом, информация о планируемой застройке, изменении границ или изменении назначения объекта широко обсуждается. Информация о каждом проекте – публична, сообщается через Интернет, СМИ, ничего не скрывается, все документы открыты. Любой гражданин, который заинтересован и хочет получить информацию и принять участие в обсуждении проекта, имеет абсолютный доступ к информации, может проследить, на каком этапе идет обсуждение проекта, какие документы, какие нюансы и возможности. Он может не только посмотреть, но и высказать свою точку зрения на объект, свои замечания, претензии, пожелания, которые непременно будут учтены. Я могу с уверенностью сказать, что гражданин участвует на всех этапах проекта и формирует окончательное решение по проекту, которое государственный орган всего лишь утверждает. Государство получает от гражданина обратную связь и учитывает его мнение. Поэтому результатом довольны все: и люди, и инвесторы, и застройщики, и собственники, и чиновники.

Все ничье — все мое

Теперь о ситуации в Петербурге. Очень интересный сравнительный анализ произвел Михаил Амосов, член Политкомитета партии «Яблоко»:
— Я специально посмотрел карту межевания земельных участков в Латвии, Швеции и у нас в Петербурге. И что же мы видим? В Стокгольме мы видим четкое разделение земельных участков, мы видим, что все дворы возле домов переданы собственникам этих домов. Четко определены собственник земли и ответственность собственника за содержание жилого объекта и земельного участка. Есть с кого спросить. Или, к примеру, собственники жилья в Риге или Берлине могут запросить в бюджете помощь на капитальный ремонт или санацию своего жилого дома, а также взять средства по программе льготного кредитования и отремонтировать свои дома. При этом дома утепляются, внедряются энергосберегающие технологии, узлы учета ресурсов, а за счет появившейся экономии возвращаются кредитные средства в банк. При этом у каждого дома есть свой земельный участок, закрытая площадка для мусора, на которой организован раздельный сбор. 50% мусора – стекло, бумага —  собираются в отдельные контейнеры, и за вывоз этого мусора жильцы не платят, что является существенным стимулом к раздельному сбору мусора.

Что творится в Петербурге? На Гражданском проспекте был произведен капитальный ремонт жилого дома. Проводили его не собственники, а застройщик, который был заинтересован в строительстве жилого дома во дворе. Жилой дом был утеплен, но вот узлы учета не установлены. И в итоге произведенное утепление дома вытекает в то, что при «перетопе» люди просто открывают форточки. Спрашивается, зачем было вкладывать средства в то, что не приносит ни эффекта, ни комфорта, ни экономии? Да потому, что собственники были исключены из процесса управления своим домом и принятия решения в нем.

В Петербурге большинство дворов не принадлежат жилым домам. Дворы управляются городом. В итоге мы сталкиваемся с рядом проблем. Во-первых, размытость собственности. В одном доме частная собственность, государственные квартиры, плюс у земельных участков нет хозяина эффективного, нет механизма управления этой собственностью, нет возможности у собственников огородить свои дворы, установить площадки, в том числе мусорные, детские или любые другие, то есть использовать свою территорию в интересах собственников дома. Размытость собственности порождает неэффективное использование земли, расходование средств, отсутствие ответственности. Кому выгодно такое положение дел? Выгодно оно городской администрации, которой отсутствие межевания земли позволяет залезать на участки и уплотнять застройку. Во-вторых, размытость собственности приводит к тому, что государство посредством карманных фирм занимается ремонтом фасадов, крыш, коммуникаций и т. д., что неизбежно создает коррупционные механизмы и ведет систему жилых объектов к катастрофе.

На самом деле в Петербурге, так же как и в Швеции, дом должен стать операционной единицей управления. Он должен иметь свой бюджет, свой земельный участок, свои места для парковок, свои места для мусорных площадок. Мы должны определить собственника и тогда уже определить ответственность за собственность. Надо, чтобы за счет города проводилось сплошное межевание территорий, а чиновники районных администраций должны быть выборными, а не поставленными сверху, и межевание должно проводиться в интересах населения, а не в интересах конкретных чиновников и строителей. 

У государства нет замысла

Еще более интересную картину ситуации в Санкт-Петербурге в частности и в России в целом показал Александр Карпов, директор Центра экспертиз Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей ЭКОМ:
—  Для того чтобы решить проблему, необходимо вытеснить государство из системы управления городом. Это осознанная необходимость. Ведь город характеризуется тем, что в нем происходит множество процессов и именно поэтому государство не может управлять городом, так как государство никогда не знает, что в городе происходит. Государство просто не располагает информацией, которая позволяет управлять и не вызывать негатив у населения. Большее количество решений государство принимает «вслепую». Почему так происходит? Да потому, что граждане и экономические субъекты (юридические лица) сознательно сопротивляются  передаче государству информации о себе, так как ни граждане, ни субъекты бизнеса не доверяют государству. Государство при этом собирает информацию по определенным методикам, а учитывая сложность бюрократической системы, вся собранная информация  – это информация о прошлых десятилетиях, но никак не о современной действительности. Для принятия решения необходим прогноз, а какой прогноз, если на дворе кризис: климатический, экономический, а у государства нет ресурса для учета прогнозов. К тому же люди, собирающие информацию, преследуют свои корыстные цели и предоставляют ее государству исходя из своих интересов, а не из интересов граждан и иных субъектов экономики. Таким образом, своими решениями государство вредит гражданам, хотя и без злого умысла, ибо злой умысел требует замысла, а замысла у государства просто никакого нет.

Я хочу сказать, что государство — неэффективный управленец и его роль в управлении надо минимизировать. Чтобы не быть голословным, приведу пример. Мы проводили эксперимент в Ярославле, в котором приняло участие 26 человек. Предложили им деловую игру, суть которой заключалась в том, что все участники были поделены на команды – застройщиков и собственнов земельных участков. Для того чтобы что-то построить на каком-либо земельном участке и принять решение об этом, им надо было договариваться друг с другом, торговаться, что-то предлагать, что-то покупать, что-то продавать. Люди так вовлеклись в процесс, что в итоге решения были приняты не самые, может быть, оптимальные и кто-то даже недополучил себе выгод, но все участники процесса были довольны и счастливы — они участвовали сами, без посторонней помощи и вмешательства, сами договорились, сами решили, сами получили. А затем мы провели игру с теми же лицами, где часть людей были пассивными наблюдателями. А решение принимали 5 человек: депутаты и чиновники. И абсолютно все были недовольны получившимся результатом. Вот именно второй вариант у нас и происходит в действительности, когда большинство участников: население, собственники, субъекты бизнеса исключены из процесса, а за них всё решает государство в лице чиновников. Решение должны принимать непосредственно носители интересов, а не кто-то из чиновничьего кабинета. Участники процесса сами защитят свои интересы и сами обо всем договорятся.

Поэтому для того, чтобы в нашем городе что-то изменилось, необходимо переосмысление некоторых вещей. Нужно прийти к тому, что все решения должны мыслиться без участия губернатора. Без участия губернатора должны ремонтироваться крыши и дороги, жилые дома, убираться снег и сосульки. Не губернатор должна решать городские проблемы, а горожане. Власть же должна быть наемной, мы должны заключать с ней контракт, требовать с нее и контролировать ее. А у нас все наоборот. Большая часть решений в городе принимается городскими властями. Мы стремимся к тому, чтобы количество принимаемых решений в городе изменилось хотя бы семьдесят процентов к тридцати. Из которых семьдесят процентов решений принималось бы без участия госвласти.

Мы вырвемся из ловушки лишь тогда, когда поймем: не государство нам должно по жизни, а люди, то есть мы с вами,  должны что-то делать. Граждане должны взять в свои руки процесс решений в городе. Мы должны отказаться от нормативного регулирования, которое усиливает влияние госвласти. К примеру, кто-то из Москвы предложил законодательно обязать чиновников пересчитать все деревья и поставить их на учет. И я задал вопрос: а вы посчитали, во сколько налогоплательщикам обойдется принятие закона по этому вопросу, создание структуры по пересчету деревьев и оплата чиновников? Это не дело чиновников. Это наше с вами дело. Нам также необходима полноценная собственность на наши объекты недвижимости. А сейчас складывается законодательная база, согласно которой чиновник приходит в мой дом, признает его аварийным и я лишаюсь своей собственности. Это мой дом, и я решаю, как мне с ним поступить. Нам нужны наши городские права: культурные, социальные, экономические, которых мы на сегодня также лишены.

Надо спросить у народа

Итогом конференции стал вывод о том, что государственное управление в Петербурге переживает серьезный кризис, большинство принимаемых решений только раздражает население и вводит его в фазу полного недоверия к власти. Идет явный распад культурных, архитектурных, социальных и экономических устоев. Причина тому – «советские» привычки нынешних чиновников и монопольое присутствие государства во всех жизненно важных сферах общества. Все это ведет к катастрофе. Вот что сказал кинорежиссер  Александр Сокуров, который также принял участие в конференции: «Мне как гражданину нужна общая польза и разумность действий. К сожалению, нам пока не удалось создать разумное государство,  люди начинают терять уверенность. И я, уезжая из России в командировку, никогда не знаю, в какую страну я вернусь».

Источник: http://www.konserg.ru